Даже предательство, любой чужой грех можно понести по-христиански, обратив на себя: вот какую боль причинял я, делая так, и еще хуже, ближнему. Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов (Гал. 6, 2).

Ни один человек не относится к тебе хуже, чем ты есть, потому что ни один человек не заглядывал, не мерил твою бездну греховную – один Господь о ней знает. Какая же любовь Божия: знать это всё про нас, до дна – и все таки любить нас куда больше, чем мы любим друг друга, терпеть, прощать без конца… Страдать за нас! И прежде всего – страдать от нашей нелюбви: к Богу, друг к другу, от нашей безграничной неблагодарности. Крест – это правда, это мудрость. Грех, гордость – это принятие дьявольской лжи, это глупость. Крест – это то, что выше всех земных соображений, земной справедливости. Он поднимается и нас поднимает над землей. До него тянуться надо. Крест – это чудо, это неземное на земле, в самых простых обстоятельствах, в посте. Это небесные плоды земных усилий.

Страсти невозможно уговорить, убедить, ущипнуть – можно только плоть распять со страстьми и похотьми (Гал. 5, 24). Страсть чревоугодия распинается постом. Гордость – смирением, терпением. Это мучительно для гордости. Но иначе с ней не справиться. Только несением креста. Без поста, без креста нет истинной веры.

«Русский народ – один из тех немногих народов, которые любят сущность христианства, крест, — писал французский историк Леруа-Волье, — он не разучился ценить страдание; он воспринимает его положительную силу, чувствует действенность искупления и умеет вкушать его терпкую сладость».

Радости, удовольствия, комфорт, которые в наше время возведены в ранг высших ценностей жизни, — они ведь на самом деле ничего не стоят, они ничего не создают, они потребляются – и всё. А создает, строит жизнь несение креста, препятствует распространению зла, именно оно не дает ему хода – тем, что не дает сдачи, не передает зло дальше, не умножает его, а гасит в себе, страдая.

Отвергнуться себя, взять крест свой (Мк. 8, 34) – этот евангельский призыв – это важнейшая тайна жизни, открытая нам Господом. Господь, Творец жизни, открыл нам, как она Им устроена. Истина эта не очевидна для нас, грешных людей, она противоположна тому, что видится снаружи, тому, что видит плотское мудрование, так называемый «здравый смысл». «Здравый смысл» считает, что чем больше человек приобретает, получает, тем больше он имеет, тем он богаче. Но имеет ведь не он сам, это всего лишь его окружает, это то, что вне него: одежда, мебель, деньги… Даже пища, которую он съедает, не проникает в его душу, а только в тело, а человек-то ведь – это прежде всего его душа. А душа его обогащается по-другому. Она устроена иначе. Она устроена по-евангельски. Об этом знает Господь, ее Создатель. И Он говорит нам, что когда человек заботится о приобретении благ, душа его, то есть он сам, беднеет, пустеет, остается ни с чем. Но вот когда мы отвергаемся себя, преодолеваем, отдаем что-то, забывая о себе, не считаем, что «имеем право на свой кусочек счастья», не думаем о человеческой «справедливости» (недостижимой для нас в силу нашего неведения – несравнимости для нас людей), — то тогда с душой происходит чудо, открытое нам Господом: душа обогащается, наполняется, оживает, крепнет, светлеет, приближается к Богу. Мы несем свой крест – и потому уподобляемся Спасителю, наш малый крест соединяется с непобедимым Крестом Господним, таинственно берет его силу.

То есть всё происходит наоборот по отношению к тому, как видит жизнь мiр сей, прелюбодейный и грешный (Мк. 8, 38). Он страдает от эгоизма – и на него-то и надеется, за него-то и держится, никак не хочет, не решается от него отвергнуться. Боится, что потеряет себя. И теряет все больше и больше. Бояться не нужно, раз Сам Господь призывает нас к этому. Он – податель всякого блага. Он поможет. Будь что будет. Великое дело – решимость. Не бойся потерять – найдешь.

Отвержение себя – это тайна любви. Любовь – это тайна. Настоящая любовь – это самопожертвование: другой для тебя важнее, чем ты сам. И тогда-то и начинаешь по-настоящему быть. Без любви тебя нет в этом мiре, ты замкнут на себе, ты потребитель. Без любви нет человека, нет семьи, нет Церкви, нет страны. Любовь – это жизнь, без любви ее нет, жизнь не имеет никакого смысла.

Пост учит нас отвергаться себя, не делать всё только для себя, для своего удовольствия, по-своему, не потакать себе даже по мелочам, начиная с выбора блюд. Не отвлекаться на всякие ненужности – например, посмотреть, кто идет за окном (какая разница? Ну, допустим, Павел Иванович Чичиков – тебе какое дело?)

 Пост вроде бы отнимает у нас что-то: этого не ешь, того не делай… А на самом деле он куда больше нам дает – причем, самое главное: укрепляет душу, учит ее отвергаться себя. И мы потом опытно открываем для себя, как много дает это святое время. Как говорил мудрый Гоголь, еще в Петербурге воспевший Великий пост: «Я своих скорбных минут ни за какие счастливые не отдам».

Это можно даже детям объяснять: когда ты сам съел яблоко или конфету, – порадовался твой рот, твое тело. Но когда ты отдал, подарил яблоко или конфету другому, даже если тебе самому хотелось бы это съесть, – порадовалась твоя душа. А душа наша важнее, чем тело, и радости ее выше, радостнее. Душа – главное в нас.

Пост – Великий не только по продолжительности, но и по своему духовному содержанию, по своей духовной глубине. Крест открывает нам суть поста: это очень малое, совсем посильное для нас лишение, но по сути – участие в великом: в страданиях Спасителя.

Высшее страдание, драгоценнее всех человеческих страданий, и самых острых, как страдание оскорбляемой любви (например, любви матери, оскорбляемой детьми), – это страдание Спасителя, несоизмеримое ни с каким нашим, человеческим страданием, даже самым сильным.

Страдания ребенка за родителей. Страдание невиновного за виноватого. Страдание чистого за грехи грешника. Страдание родителей, видящих, как их дети делают глупости, от которых потом будут страдать… Таковы наши отношения с Богом постоянно, только неизмеримо сильнее.

Как же нам нужно благоговейно лобызать Крест Господень – Крест Его страдания за нас, страдания чистейшего, непостижимого, не смешанного ни с чем греховным, ни с какой нашей человеческой слабостью души. Крест выносится нам на поклонение посреди поста – напоминая и о том, что пост – это подвиг, и о том, что впереди – Воскресение. Не будем его оставлять, подпиливать, менять, а примем с благодарностью, кротостью и терпением.

Иерей Павел Гумеров, клирик храма святителя Николая на Рогожском кладбище г. Москвы: – Путь христианина – это всегда крестоношение. Это не путь удобства и комфорта. Что мы носим на груди? Никакой другой знак, а именно крест Христов. И он каждый день напоминает нам, что дорога к нашему воскресению лежит только через крест.

Христианская жизнь по правде Божией, борьба с грехами – это уже крест. Но Господь никому не обещал легких путей. Он Сам нес Свой крест на Голгофу и был распят на нем. И каждый, кто хочет любить Христа, должен быть к этому готов. Но даже в обычной, повседневной, земной жизни мы несем наш крест – это те испытания и скорби, которые посылает нам Бог. Но не те, что мы сами себе находим, от которых сами потом и мучаемся.

Мы часто ропщем, не выдерживая тяжести жизненных трудностей, но Господь Сам знает, что нам по силам и что мы можем понести, что нам будет полезно в данное время. Я думаю, лучше об этом расскажет одна христианская притча о крестах.

Решил один человек, что у него слишком тяжелая жизнь. И обратился к Богу с такой просьбой: «Господи, мой крест слишком тяжел, и я не могу его нести. У всех людей, которых я знаю, кресты гораздо легче. Не мог бы Ты заменить мой крест на более легкий?» И сказал Бог: «Хорошо, Я приглашаю тебя в хранилище крестов: выбери себе крест сам». Пришел человек в хранилище и стал примерять себе кресты. И все они кажутся ему слишком тяжелыми и неудобными. Перебрав все кресты, он заметил у самого входа крест, который показался ему меньше других, и сказал Богу: «Позволь мне взять этот крест, он кажется мне самым подходящим». И тогда Господь ответил ему: «Ведь это и есть твой крест, который ты оставил у дверей, перед тем как стал мерить все остальные».

Иерей  Димитрий Шишкин, клирик храма Трех святителей г. Симферополя: – «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною». Чтобы правильно понять смысл этих слов, надо вспомнить, в каких обстоятельствах они были сказаны. Перед входом в Иерусалим апостол Петр стал отговаривать Христа от страданий примерно так: «Учитель… Зачем?.. Да не будет этого с Тобой!.. Ведь все только начало как-то мало-мальски устраиваться… Ты учишь, мы учимся… народ за нами ходит… слава, почет, уважение… Да и просто стабильность какая-то, устроенность житейская, доступная пониманию… И вдруг – какие-то страдания, смерть, катастрофа… Зачем это все, Учитель? Да не будет этого с Тобой! Мы Тебя так любим, не лишай нас Твоего общения, не покидай, будь с нами здесь, на земле, подольше…»

Так примерно говорил Петр, и вот Господь обернулся к нему и гневно сказал: «Отойди от Меня, сатана»! Вы слышите, что Господь сказал тому, кого недавно называл основанием Церкви?! «Отойди от Меня сатана, – сказал, – потому что ты думаешь о том, что человеческое, а не о том, что Божие». В этот момент в апостоле проявилось в полной мере то, чем живет современный мир. И дальше Господь говорит, как будто прямо о нашей цивилизации, о главном в ней: «Кто хочет душу свою спасти, – говорит Господь, – тот ее потеряет». То есть тот, кто захочет прилепиться к земле, к земной жизни с ее удобствами, наслаждениями, достатком, комфортом, властью, тот душу свою погубит.

Главная трагедия этого мира заключается в противлении человека Божественной воле, которая только и есть благо в полном смысле этого слова. Грехопадение человека, обрекшее мир на страдание и смерть, именно и началось с отделения свободной человеческой воли от воли Божественной. И самое трагическое заблуждение человека – это мысль, что счастье возможно без Бога. Именно в силу свободы человека ошибочность этой мысли нам приходится опытно познавать каждому на себе.

Иисус Христос преодолел это трагическое противоречие, соединив свободную человеческую волю с волей Божией. И воля Божия была не в том, чтобы Христос в страшных муках умер на кресте, а в том, чтобы Он преобразил человеческое естество, восстановил утраченное единство человека с Богом. С одной стороны, страдание и смерть Христа обнажили крайнее противоречие Божественной и человеческой воли, показали, до какого безумия дошло человечество в своем падении, но с другой – Иисус стал первым Человеком, не оскверненным от мира, то есть непричастным греху, и прежде всего греху болезненной гордости. И к согласию с Божественной волей Его привела не слепая покорность, а любовь. Эта любовь, жертвующая собой ради Бога, победила смерть, потому что смерть и была последствием человеческой непокорности.

Когда мы говорим о необходимости отвергнуться себя и взять крест, мы говорим о необходимости отречься греха и приобщиться святости Бога. Но святость противна этому миру, который «лежит во зле», вот почему этот выбор предполагает конфликт и страдание.

«Несение своего креста» – это всякое страдание за правду в этом неправедном мире. Но и правда бывает душевная, человеческая. Можно быть яростным правдолюбцем, начетчиком и ригористом, но при том быть лишенным правды Божией. Эта правда заключается в жертвенной любви, без которой, по слову апостола Павла, все наши дела – «медь звенящая или кимвал звучащий», то есть банальное пустозвонство.

По-житейски рассуждая, первый человек, оказавшийся в раю, – разбойник, распятый с Христом, – страдал совсем не за правду. Он страдал за свои грехи. Но что же сделало этого грешника святым? Вера в Бога, покаяние и смиренное терпение заслуженных мук. Вот такое расположение души более приличествует и нам, в большинстве своем утратившим понятие о подлинной праведности. Терпеливое перенесение находящих скорбей, покаяние и распятие себя греху – вот наш крест, крест кающегося разбойника, терпящего за прежние грехи очистительные страдания.

Разбойник в сердце своем пожертвовал мнением падшего мира о Христе, прозрев в распятом человеке Спасителя. И тогда «безвольные» страдания на кресте стали для кающегося грешника поступком жертвенной любви.

Распиная себя греху, смиренно перенося ради Христа прилучающиеся страдания, мы несем «свой крест», в каких бы обстоятельствах ни находились. И только тогда мы можем надеяться на исполнение в нашей жизни слов апостола Павла: «Если мы с Ним умерли, то с Ним и оживем; если терпим, то с Ним и царствовать будем» (2 Тим. 2: 11–12).